В статье автор делает вывод о том, что традиционное разделение стран общего и романо-германского права по их отношению к источникам права носит в значительной степени внешний характер. По существу же, с учетом наличия таких инструментов, как overruling и distinguishing, прецеденты американских судов не носят абсолютно обязательного характера. Одновременно судебная практика высших европейских судов в силу специфики судебной иерархии в значительной степени предопределяет практику судов нижестоящих. С учетом этих тонкостей различение двух этих правовых семей по отношению к роли судебной практики в качестве источника права не может строиться на поверхностном признании такой роли за прецедентами в системе общего права и столь же поверхностном отказе в обязательной силе практике высших судов в странах континентальной правовой семьи. Отличия в этом вопросе между двумя правовыми семьями носят скорее технический, стилистический и процедурный, чем концептуальный характер.

In the article, the author concludes that the traditional separation of the countries of common and Romano-German law in relation to their sources of law is largely external. In essence, given the presence of tools such as overruling and distinguishing, the precedents of American courts are not absolutely binding. At the same time, the judicial practice of the highest European courts, due to the specifics of the judicial hierarchy, largely predetermines the practice of lower courts. Given these subtleties, the distinction between the two legal families in relation to the role of jurisprudence as a source of law cannot be built on a superficial recognition of such a role behind precedents in the common law system and an equally superficial rejection of the binding practice of the highest courts in the countries of the continental legal family. The differences in this issue between the two legal families are more technical, stylistic and procedural than conceptual.