Механизм исполнения судебных актов в эпоху цифровизации: проблемы и перспективы развития

Вусловиях динамичного развития информационных технологий и всеобщей цифровизации общества вопрос совершенствования механизма исполнения судебных актов приобретает особую актуальность. Традиционные методы, характеризующиеся длительными сроками, бюрократическими процедурами и недостаточной эффективностью, все чаще не отвечают требованиям современного правосудия. Особенно остро эта проблема проявляется в связи с ежегодным ростом числа исполнительных производств.

Так, за девять месяцев 2025 года в органах принудительного исполнения находилось более 113 млн исполнительных производств, что на 7,2 млн больше, чем за аналогичный период прошлого года, и на 5,6 млн больше, чем в 2023 году [10]. Подобная возрастающая нагрузка на систему требует незамедлительного внедрения современных, более эффективных методов работы. В этой связи, необходимо рассматривать различные подходы к решению проблемы. С одной стороны, перспективным направлением снижения нагрузки на судебную систему в целом является институт медиации, который, как отмечает Т.Т. Алиев, способен «соответствовать целям и задачам, направленным на снижение нагрузки судов общей юрисдикции» [3, с. 489].

С другой стороны, и независимо от развития медиации, переход на цифровые технологии в сфере исполнительного производства рассматривается как один из ключевых факторов повышения оперативности, прозрачности и результативности деятельности судебных приставов-исполнителей.

Согласно действующему законодательству, в частности, Федеральному закону от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» [1] (далее – ФЗ «Об исполнительном производстве»), исполнительное производство представляет собой сложный и многоэтапный процесс, включающий возбуждение исполнительного производства, применение мер принудительного исполнения (арест имущества, обращение взыскания на денежные средства, ограничение выезда за границу и т.д.), распределение взысканных сумм между взыскателями и завершение исполнительного производства.

В рамках этого процесса цифровые технологии способны оптимизировать каждый этап, начиная от электронного документооборота и заканчивая автоматизированным поиском и арестом имущества должника.

О перспективах развития цифровизации исполнительного производства высказываются многие ученые и практики. Так, по мнению ряда авторов, цифровые технологии могут существенно повысить эффективность исполнительного производства за счет автоматизации рутинных операций, упрощения процедур взаимодействия с участниками исполнительного производства и повышения прозрачности процесса [10, с. 48]. Кроме того, в научных источниках можно видеть позиции авторов, сводящиеся к тому, что использование цифровых технологий и даже систем искусственного интеллекта возможно при реализации практически любых действий судебного пристава-исполнителя, в частности, при розыске должника, розыске его имущества, а также при применении мер принудительного исполнения [6, с. 33].

В целом стоит отметить, что работу судебных приставов-исполнителей, как главного субъекта механизма исполнения судебных актов, уже давно планомерно внедряются цифровые технологии. Цифровизация исполнительного производства в Российской Федерации получила новый импульс с началом внедрения ФССП России в 2019 году цифрового суперсервиса «Цифровое исполнительное производство». Данный амбициозный проект направлен на создание «реестровой модели» принудительного исполнения, что революционизирует подход к взысканию задолженностей. Фактически, запуск банка данных исполнительных производств (далее – БДИП) стал отправной точкой для разработки и реализации данного суперсервиса [2], знаменуя собой значительный прогресс в обеспечении прозрачности и доступности информации о задолженностях в рамках исполнительных производств для всех заинтересованных сторон.

Реализуя положения статьи 6.1 ФЗ «Об исполнительном производстве», ФССП России активно занимается поддержанием и развитием БДИП, который функционирует с 2012 года. В 2020 году взаимодействие с сервисом было существенно упрощено благодаря интеграции с порталом Госуслуг, что значительно расширило аудиторию пользователей и повысило удобство доступа к информации.

БДИП является ключевым источником информации об исполнительном производстве. В нем содержатся все необходимые данные, включая дату возбуждения и номер исполнительного производства, реквизиты исполнительного документа, наименование выдавшего его органа, а также подробные сведения о должнике, сумме непогашенной задолженности.

Однако, несмотря на создание и функционирование Банка данных исполнительных производств, раскрытие информации о процессе принудительного исполнения, на текущий момент, не достигает необходимого уровня прозрачности и оперативности. Существующие ресурсы БДИП в значительной степени ограничены в предоставлении детализированной информации о текущем состоянии исполнительного производства, что препятствует своевременному реагированию заинтересованных сторон на возможные нарушения.

Анализируя данную ситуацию, А.Е. Раковец справедливо указывает на необходимость расширения функционала БДИП за счет включения информации о статусах исполнительных производств, таких как «в исполнении», «отложено», «приостановлено» и др. [8, с. 85]. Данное усовершенствование, не нарушая требований о защите персональных данных, позволит участникам исполнительного производства оперативно отслеживать динамику процесса и своевременно реагировать на случаи неправомерных действий или бездействия со стороны участников исполнительного производства, что, в конечном итоге, повысит эффективность защиты их прав и законных интересов. Мы полностью разделяем данную точку зрения, поскольку она направлена на повышение прозрачности и объективности исполнительного производства.

Кроме того, представляется целесообразным расширить объем предоставляемой информации за счет включения сведений о применении в отношении должника обеспечительных мер, таких как временные ограничения выезда из Российской Федерации (ст. 67 ФЗ «Об исполнительном производстве») или ограничения пользования специальным правом (ст. 67.1 ФЗ «Об исполнительном производстве»). Логика этого расширения обусловлена тем, что применение данных мер существенно влияет на возможности должника и, следовательно, на процесс исполнения судебного акта. Информация о введенных ограничениях позволит взыскателю более точно оценить перспективы взыскания и предпринять необходимые действия, а должнику - своевременно узнать о введенных ограничениях и принять меры для их снятия, например, путем погашения задолженности.

Кроме того, как справедливо отмечает А.С.

Назаров, «на практике из-за неосведомленности должника о примененных ограничениях вместо приоритетного удовлетворения требований взыскателя должник несет убытки в связи с невозможностью преодоления установленных ограничений» [7, с. 212].

Также в рамках цифровизации выделим следующее. В настоящее время участники исполнительного производства, будь то должники или взыскатели, обладают расширенными возможностями дистанционного взаимодействия с органами принудительного исполнения. Помимо доступа к информации о ходе исполнительного производства, они могут подавать заявления, ходатайства, объяснения, отводы и жалобы через специализированный сервис – электронный кабинет стороны исполнительного производства. Это избавляет от необходимости личного посещения учреждений судебных приставов, существенно экономя время и ресурсы. Судебные приставы-исполнители также активно используют цифровые каналы коммуникации, в частности, направляя извещения сторонам исполнительного производства в личные кабинеты на портале «Госуслуг». Однако важно отметить, что юридически лицо считается уведомленным лишь с момента его авторизации и посещения портала, что обеспечивает надлежащее подтверждение факта получения информации.

Несмотря на очевидные преимущества цифровизации, заключающиеся в ускорении документооборота и переходе к электронным форматам, эти меры сами по себе не гарантируют существенного повышения эффективности исполнительного производства. Как справедливо отмечает М.А. Цирина, эти шаги скорее создают благоприятные условия для оперативного реагирования на решения компетентных органов и своевременного информирования сторон исполнительного производства [9, с. 44].

Среди проблемных аспектов в научной среде выделяются следующие: закон не устанавливает ограничений на количество обращений гражданина по одному исполнительному производству [5, с. 65]; дублирование электронного и бумажного документооборота, когда заявитель одновременно подает обращение в ФССП в электронной форме и на бумажном носителе [4, с. 13].

Согласимся с обозначенными проблемами, представляющими собой существенные препятствия для рационализации исполнительного производства. Действительно, отсутствие законодательных ограничений на количество обращений гражданина по одному исполнительному производству создает предпосылки для злоупотреблений правом, неоправданно увеличивает нагрузку на судебных приставов-исполнителей и отвлекает ресурсы от рассмотрения других, более важных дел. Аналогично, дублирование электронного и бумажного документооборота, когда заявитель одновременно направляет обращение в ФССП в электронной и бумажной форме, приводит к непроизводительным затратам времени и ресурсов, поскольку должностные лица обязаны давать ответ на каждое обращение, даже если оно дублируется.

Итак, с учетом проведенного анализа, можно выделить следующие перспективы развития механизма исполнения судебных актов в цифровых условиях:

- для повышения эффективности и прозрачности исполнительного производства в условиях цифровизации предлагается расширить функционал Банка данных исполнительных производств (БДИП), дополнив его информацией о статусах исполнительных производств (например, «в исполнении», «отложено», «приостановлено») и сведениями о применении в отношении должника обеспечительных мер, таких как временные ограничения выезда из Российской Федерации или ограничения пользования специальным правом. Целесообразно внести соответствующие изменения в статью 6.1 Федерального закона «Об исполнительном производстве», предусматривающие обязательное включение указанных данных в БДИП, что позволит обеспечить своевременное и оперативное информирование участников исполнительного производства о ходе и результатах процесса, повысит их возможности по защите своих прав и законных интересов и в целом будет способствовать укреплению доверия к правосудию; - представляется целесообразным дополнить статью 64.1 ФЗ «Об исполнительном производстве», регулирующую порядок рассмотрения заявлений и ходатайств сторон исполнительного производства, положением, устанавливающим обоснованные ограничения на количество идентичных или однотипных обращений гражданина по одному и тому же исполнительному производству в течение определённого периода времени; - необходимо внести изменения в статью 30 Федерального закона «Об исполнительном производстве», регламентирующую порядок возбуждения исполнительного производства, с целью исключения обязанности должностных лиц давать ответ на дублирующие обращения, поступившие в ФССП как в электронной, так и в бумажной форме. При этом следует предусмотреть возможность для гражданина указать в заявлении предпочтительный способ получения ответа (в электронной или бумажной форме), и в случае поступления дублирующих обращений ответ должен направляться только одним, указанным способом.

цифровизация исполнительного производства открывает широкие перспективы для повышения его эффективности и прозрачности, однако для реализации этого потенциала необходимо преодолеть ряд существующих проблем, связанных с обеспечением информационной безопасности, оптимизацией документооборота и совершенствованием нормативно-правовой базы. Путем комплексного подхода, включающего расширение функционала электронных сервисов, установление ограничений на злоупотребления правом и исключение дублирования документооборота, возможно создать современную и эффективную систему принудительного исполнения, отвечающую требованиям цифровой эпохи и обеспечивающую надлежащую защиту прав и законных интересов всех участников механизма исполнения судебных актов.